Владимир Чернявский — Гиблый уезд |
|
Автор: Владимир Чернявский
Аннотация на книгу «Гиблый уезд»:
|
О, Заноза ХХЛ, как я вас понимаю! Раньше я была очень восприимчива к литературе, помнится, болезненно-безжалостную прозу Шукшина отбрасывала прочь, так она меня жгла достоверностью и безысходностью (я долго жила и работала в провинциально-деревенском Алтае). А потом помалу привыкла к обыденной жути в исполнении комм/нечисти и уже сказочно-мистическая жуть стала восприниматься нестрашной. Но вот насчет "мерзее" - это вы правы. Чтобы развидеть, мне обычно хватало окунания в обыденную, по нынешним временам чуть ли не древне-бытовую прозу. Пусть современная молодежь не знает Кондрата Урманова, Эмиля Офина, но меня лечили именно они, умевшие видеть и описывать жизнь без мерзости. Может быть, и у вас есть такие лекарства?
Уважаемая Таш Мек.Я не поклонница ужастиков,но одна книга,вернее история под номером три основательно заякорилась в памяти...как бы теперь развидеть.Вот уж действительно:мерзее и страшнее(для меня так точно).Меня после прочтения долго колбасило: больно и муторно было на душе."Ловцы душ"-сборник славянского ужасфентези ..Мазин и КО...История Коханенко про суку-ведьму ,именно она в своё время меня здорово подкосила-зацепила.Повторюсь.Как бы теперь развидеть?
Отечественный ужастик, где всю нечисть, страсть как крутую с простолюдинами, наш ГГерой побеждает, но никаких особых следовательских или экзорцистских талантов и не демонстрирует. Егор-Буратино, амулет, да ментальная поддержка родителей - такой набор оказывается вполне достаточным для победы добра над злом. Надеюсь, следующая книга окажется интересней, мерзее, страшнее или безысходнее. На уровне "Вия" або "Страшной мести". Пока же - скучновато.
Слог гладкий,с включением неупотребительных в наше время слов и оборотов, ради некоторой несовременности. Ведь наши предки рекли красивистости и многоглаголали не в силу глупости, а как, якобы, было принято в благородных семействах. Ушаковы же благородные? Вовсе не считаю это недостатком, скорее, доказательством старательности автора. Но порой то ли у меня "лыжи не едут", то ли автор заглаголался? Вот цитата, после которой я решила, будто у персонажа предэпилептоидное состояние: "В груди пенилась едкая горечь, и Флавий заглушал ее сладостью подаренных леденцов". Пена характерна для эпилептических приступов. Или автор нечто иное имел в виду? Ладно, читаю дальше.